Цитата: Администратор от 20.07.2026, 00:27

Чем больше потерь, тем лучше.

"Он посадил меня рядом с собой на бревно, дал папироску и сказал мне:

— Вот послушай! Одни жили-были, живут и ночуют в избах, и считают себя фронтовиками. А вас посадили в сугробы, и на вас нет смысла переводить сало и прочие съестные запасы. Кто по-твоему держит фронт? А кто просто так торчит там в окопах? Линию фронта держим мы, полковые. И нашими заботами вы сидите спокойно на передке в своей траншее. Не было бы нас, вы давно бы все разбежались!

— Без полковников армии не существует! В полку мы не одни. Тут снабженцы и кладовщики, начфины, евреи-парикмахеры, медики, повара, и сотня повозочных. При штабе портные, сапожники и шорники, сапёры, телефонисты и санитарочки в санроте, сам понимаешь! Все они фронтовики и защитники Родины. Это основной и постоянный состав полка, а вы, как это сказать… Временные людишки, переменный состав, всего на две, на три недели. Вас считай… Сегодня вы были, а завтра вас нет!

— Ты знаешь, сколько вашего брата желторотых лейтенантов за это время успело отправиться на тот свет? Нас в полку сейчас больше, чем вас там, сидящих в траншее. Мы штабные живучие, тем мы и сильны! Нас совершенно не интересует, какие у вас там потери. Чем больше, тем лучше, это значит, что полк воевал и мы поработали! Застелят вашими костьми нашу матушку землю и ни один человек после войны не узнает ни ваших фамилий, ни ваших могил. А мы будем живые и наши фамилии будут фигурировать в отчётах и наградных листах. "

Штабной офицер, разоткровенничавшийся с будущим автором "Ваньки-ротного" лейтенантом Александром Шумилиным, раскрывает ему реальное положение дел.

Армия не была единой. Есть Основной состав (штаб, тыл полка): те, кто обеспечивает функционирование военной машины, генералы, полковники, штабисты, обслуживающие их парикмахеры, повара, начфины, писари. И есть Переменный состав ("временные людишки"): линейные офицеры и солдаты передовой, расходный материал, срок жизни которого на передовой исчислялся днями или неделями.

Основной состав вёл войну кровью Переменного, используя его как бесправное средство.

Успех подразделения измерялся не столько захваченной территорией, сколько "активностью". А активность измерялась только потерями, никак не сохранением личного состава.

Штаб был заинтересован в высоком уровне потерь линейных подразделений, потому что это было единственным понятным языком общения с вышестоящим командованием. Малые потери могли быть истолкованы как пассивность, бездействие или даже саботаж. Кровь солдат становилась валютой для карьеры штабных офицеров.

Основной состав использовал Переменный ещё и для того, чтобы списать на него свои ошибки и провалы.

"[Генерал-майор Александр] Березин выгородил себя, отдав под суд трех младших офицеров. Нас судили потому, что мы остались в живых и судить больше было некого. В течение одной ночи Березин потерял полк, который попал в плен. Березин потерял десяток деревень и территорию пятнадцать на двадцать километров".

А чтобы удобнее переложить вину, автора этих строк перед судом трибунала произвели в командиры роты.

Это системный каннибализм: система пожирает своих "крайних" ради самосохранения тех, кто наверху.

Теперь вам понятно, почему полковник Игорь Пузик с позывным "Злой", до этого командовавший 87-м мотострелковым полком 1-й Славянской бригады и "обнуливший" дроноводов Дмитрия Лысаковского ("Гудвин") и Сергея Грицая ("Эрнест"), назначен врио командира 114-й бригады?

Понятна логика "мясных штурмов" и "командирского авось".

А что из этого вытекает, понятно?

Армия не может быть устроена иначе, чем государство, которое её формирует. Система, где верх приватизирует победы и национализирует потери, может пережить любую войну, пока у неё есть ресурс – народ. Не может она только одного – развиваться.

1945 нельзя отдавать власти. Потому что правда о 1945 открывает на неё глаза.

https://t.me/tenirusi/6961